-Такие дни выпадают нечасто, - ты скажешь шепотом, почти неслышно. – Или же мы никогда не обращаем на них внимания. Может быть, ты и сам когда-то не обращал внимания на магию обычного осеннего дня, едва различая границы всех сентябрей, октябрей и, там уже гляди – первых заснеженных дней декабря, растворившихся в веселых возгласах беззаботных детишек. Но сегодня ты думаешь об этом всем, ты знаешь, что этот осенний теплый день не похож на шесть тысяч предыдущих. Казалось, ты и осень никогда не любил, с нетерпением ожидая дня, когда декабрь наконец накроет белым многослойным одеялом голые деревья, а небо перестанет казаться таким печальным. Но в этот день все не так. Сейчас ты больше всего дорожишь этими мгновениями.
Не бывает так тепло в конце сентября, думаешь ты. Тебя удивляет этот сентябрь. Для тебя он закончился, не успев начаться. А для кого-то, например, другого тебя он не кончился, и не кончится никогда: ты помнишь каждый его день. Ты начинаешь бродить по нескончаемым лабиринтам своих мыслей. А тем временем солнце, подобной громадной лампе накаливания, греет и без того твои раскаленные щеки, огонь которых бы осветил ночную улицу. От этого становится только спокойней, думаешь ты. Но наслаждение гармонией осенней природы – далеко не все, что у тебя на душе. Ты вспоминаешь себя годом раньше: ты помнишь, что этак с вечность назад стоял такой же осенний день, последний подарок по случаю окончания летней беззаботности. И тебе было так же грустно, как и сегодня, и больше всего ты хочешь вспомнить, что же не давало тебе спокойно любоваться осенней невозмутимостью улиц, тонущих в гамме цветов оранжевой палитры. Конечно же, ты не вспомнишь этого – поди-ка узнай, что там было тысячу лет назад! И от этого становится еще грустнее: день за днем ты вспоминаешь весь год, от одного осеннего дня до другого, далеких как соседние страницы книги на стыке рассказов. И с добрую пару дюжин этих дней для тебя так и не кончились, по той же самой причине, по которой будет жить в твоей душе и сентябрь.
Но основной, поток мыслей, конечно, направлен на происходящее сегодня. Ты склонен замечать неважные детали, подобно машине фиксируя лица людей, отрывки разговоров, звон больших красных трамваев, проносящихся мимо. Пассажир, сидящий у окна, ждет звонка. Тогда игла с чернилами где-то в глубине твоего сознания опускается и начинает писать историю об этом. И тебе уже кажется, что это ты сидишь у окна и вздрагиваешь от каждого звонка, разрезающего спокойствие невозмутимого дня. Наверное, ты хотел бы быть кем-то другим, думать совсем о других вещах в это теплое мгновение осени. Кто знает, может ты и вправду будешь кем-то другим в какой-нибудь из таких необычных дней. Но в том-то и есть величайший интерес нашей жизни – ты никогда не узнаешь, о чем будешь думать спустя год в такой же теплый день. Тебе кажется: еще немного, и ветер жизни подует сильнее - тогда года, подобно легко сорвавшимся с деревьев листкам полетят все быстрее и быстрее, стараюсь догнать уходящие трамваи. И когда все эти прошедшие года станут такими же далекими, как и высохшие у ног листья, как пожелтевшие от пыли времени календари, что хранят дети, отмечая в них необычные дни – может, ты опять вспомнишь об этих осенних мгновениях. Но сегодня ты так и не узнаешь, сколько не вглядывайся в глаза прохожих, в узоры облаков, сколько ни прислушивайся к голосам на том конце провода и звону трамваев, что же делает этот по-летнему беззаботный день тяжелым, как трехкратный бой настенных часов в долгую зимнюю ночь.
---
Мимо пронесся еще один трамвай. Не в силах оторваться от размышлений, ты все же замечаешь, что перестал жмуриться: гигантская рука выключила лампу накаливания. И ты думаешь, холм ли это загородил солнце, или оно все же неторопливо завалилось за горизонт, куда мчатся красные трамваи, унося с собой все очарование этого теплого дня. Но ты веришь, что это только холм – и всегда будешь идти до следующего холма, потому что знаешь: там солнце обязательно снова наполнит светом осенний день.